Окинавская хартия Глобального информационного общества была подписана 22 июля 2000 года лидерами стран «Большой восьмёрки», включая Российскую Федерацию.
Об этом сообщает Изобук https://izobook.com
Окинавская хартия делала упор на главную проблему того времени — обеспечение равных возможностей доступа к информационным ресурсам. За последующие два десятилетия информационные технологии сделали головокружительный прогресс. Проблемы доступа в значительной степени решены, «международный разрыв в области информации и знаний» стремительно ликвидируется и скоро останется в прошлом. Благодаря высокоскоростному и мобильному интернету коммуникативные, поисковые и рекомендательные сервисы стали доступны миллиардам людей. Технологии глобальных информационных платформ, анализа больших данных и искусственного интеллекта сделали эти сервисы удобными и умными.
Теперь мы готовимся к прыжку из мессенджеров и социальных сетей в виртуальные метавселенные. И обнаруживаем новые опасности, проблемы и вызовы, которые были не очевидны двадцать лет назад.
Окинавская хартия устарела, требует переосмысления и дополнения.
Возможности и риски эпохи постправды
Интернет и глобальные информационные платформы сделали информацию и знания более доступными. Они проникли во все сферы экономики, социальной жизни, государственного управления. Человечество уже никогда не откажется от этих благ.
Решив техническую проблему доступности информации, мы столкнулись с гуманитарной проблемой достоверности этой информации и её влияния на массовое сознание.
Знания стали ближе к людям, но одновременно информационное пространство оказалось замусорено фейками, сплетнями, дезинформацией, лженаучными и конспирологическими теориями. Капли истины тонут в море разнообразной лжи, их всё труднее находить и различать.
Политические события 2016 года в США и Великобритании продемонстрировали неожиданную эффективность новых информационных технологий для манипулирования общественным мнением. Оксфордский словарь даже объявил post-truth «словом года» на основании частоты его употребления.
Теперь мы говорим о политике постправды или об эпохе постправды, когда объективные факты перестают быть значимыми в сравнении с направленным воздействием на эмоции и личные убеждения людей.
Постправда — это новое состояние пропаганды, возникающее в постиндустриальном обществе, когда каждый человек получает технические возможности создания и распространения информации, ранее доступные лишь профессиональным СМИ, но не несёт личной ответственности за её качество, прикрываясь анонимностью и свободой слова в сети.
От окинавской хартии к защите от постправды
Информационные технологии, задуманные изначально как инструменты развития, на наших глазах превращаются в средства недобросовестной конкуренции, сдерживания развития, информационной войны, вмешательства во внутренние дела суверенных государств. Такое их использование противоречит демократическим и цивилизационным ценностям, декларированным в Окинавской хартии.
Защита гражданского общества от политики постправды требует принятия комплексных мер — технологических, законодательных, образовательных. Сложность выстраивания такой защиты в том, что она не должна нарушать принципы свободы слова и другие права человека.
Технологические меры защиты
Технологическая защита от проявлений и политики постправды должна осуществляться на трёх уровнях: государственном, общественном и индивидуальном.
На государственном уровне системы мониторинга информационного пространства должны обеспечивать защиту гражданского общества от контента, запрещённого законодательством страны (призывы к насилию, торговля оружием, наркотиками, людьми, пропаганда криминального образа жизни и т.д.). Это минимальный уровень цензуры, необходимый государству для выполнения одной из основных своих функций — защиты гражданского общества от деструктивных внешних и внутренних воздействий.
На общественном уровне свободно доступные информационно-аналитические платформы должны обеспечивать работу экспертных сообществ по проверке фактов, оцениванию надёжности источников, картированию политического спектра общества. Аналитические функции этих платформ могут и должны быть усилены современными технологиями больших данных и искусственного интеллекта.
На индивидуальном уровне алгоритмы поисковых и рекомендательных систем, также усиленные технологиями больших данных и искусственного интеллекта, должны информировать пользователей о потенциально опасных воздействиях отдельных медиа-объектов.
Медиа-объект — это информационный материал, способный оказывать ментальное воздействие на человека. Формой представления медиа-объекта может быть текст, изображение, аудио, видео или их комбинация.
Ментальное воздействие — воздействие меда-объекта на восприятие, мнение, сознание, мировоззрение, психоэмоциональное состояние человека.
Информационное пространство (сеть, интернет) — это совокупность всех медиа-объектов, доступных всем людям в информационном обществе.
Законодательные меры защиты
Техническая реализация вышеперечисленных мер должна встраиваться на уровне государственных информационных систем и операционных систем всех персональных коммуникационно-вычислительных устройств.
Вышеперечисленные меры, предполагающие применение технологий искусственного интеллекта, должны быть согласованы с национальным Кодексом этики искусственного интеллекта.
Образовательные меры защиты
Государство обязуется предоставить всем гражданам равные возможности получения и освоения навыков защиты от политики постправды посредством образования, обучения и подготовки.
Каждый гражданин должен иметь доступ к образовательным ресурсам, дающим понимание опасностей постправды и механизмов распространения ложной информации в сети, навыки использования средств «цифровой гигиены».
И.С.Ашманов, Н.И.Касперская. Цифровая гигиена. Питер, 2022.
В рамках обязательного среднего образования государство должно предоставлять следующие базовые знания и навыки:
Чем опасны метавселенные
Метавселенные — это наше ближайшее информационное будущее. Среда для потребления контента, намного более притягательная в сравнении с сегодняшним информационным пространством. В ней мы будем проводить ещё больше времени, будем более активными, более погруженными, более восприимчивыми к воздействиям на наши органы чувств, эмоции и психику. Эти воздействия будут намного более изощрёнными в сравнении со всеми технологиями виртуализации реальности, которые мы знали до сих пор — литературой, театром, живописью, кинематографом, компьютерными играми.
Постправда также хлынет в метавселенные, где наше сознание будет намного более уязвимым. Как минимум, мы должны быть подготовлены к этому. Как максимум, мы должны иметь надёжные меры защиты и противодействия потокам высокотехнологичной лжи.
Мы должны научиться чётко различать грань между конструированием правдоподобных миров с целью доступа к информации или развлечения и формированием ложной картины реального мира с целью обмана или навязывания нам решений, невыгодных нам, нашему окружению, нашей стране.
Опасность метавселенных в том, что эта грань на данный момент не может быть проведена с достаточной чёткостью ни технологически, ни даже концептуально. Метавселенные оставляют массу возможностей для скрытого управления массовым сознанием. Управлять будут те, кто сегодня вкладывает гигантские средства в исследования и разработки виртуальных вселенных.
Подытожим
Окинавская хартия 2000 года делала упор на главную проблему начального этапа становления информационного общества — всеобщее и повсеместное обеспечение равных возможностей доступа к информационным ресурсам.
Хартия информационного общества против постправды требует большего — всеобщего и повсеместного обеспечения равных возможностей защиты от лжи, обмана, фейков и прочих антицивилизационных проявлений постправды.
Защита гражданского общества от политики постправды потребует комплексных мер — технологических, законодательных, образовательных.